Чай со звездой
Гости нашей рубрики
Олеся Сидорская: «Артист народного хора – профессия экзотическая»
Омский русский народный хор известен далеко за пределами России, представляя там не только русскую народную культуру, но и сибирскую в частности. О сборе старинных сибирских песен, о работе и своей жизни в музыке художественный руководитель хора Олеся Сидорская рассказала ОтдохниОмск.ру за чаем.
— С первой чашкой чая я традиционно задаю вопрос о самом начале. Как вы начали заниматься музыкой? Влияние семьи?
— Здесь все достаточно просто произошло: когда я была совсем ребенком, моя старшая сестра уже закончила музыкальную школу и получала среднее музыкальное образование. В доме всегда звучала музыка, а сестра была для меня кумиром. Так и сейчас остается. Она много со мной занималась, мы исполняли песни самых разных направлений и стилей. В шесть лет я пошла в музыкальную школу, это было мое личное, добровольное желание.
— Нечасто так бывает у детей в таком возрасте!
— У меня перед глазами был такой пример! Мой брат тоже по собственному желанию поступал в музыкальную школу, играл на скрипке – правда, перестал играть после травмы руки… Вообще музыку в нашей семье всегда очень любила мама, она очень хотела обучаться музыке, это было ее нереализованное желание. Теперь профессиональное музыкальное образование стало нормой для нашей семьи – его получили я и моя сестра, а теперь получают дети.
— Реализовали мечту вашей мамы!
— Да, мужчины у нас военные, а женщины в семье, как правило, занимаются музыкой.
— С чего для вас начался хор?
— В музыкальную школу я поступила на отделение общего фортепиано, после которого выпускник может учиться на любом факультете. Многие дети, особенно девочки, любят петь. Это стремление себя показывать, выступать мне тоже было с детства присуще. Помню, я не хотела сдавать экзамен, потому что было мало зрителей, преподавателей. Никогда не боялась выступать на публике.
— Наверное, когда были детьми, концерты и в доме устраивали?
— Это по сей день происходит! У нас очень хорошие отношения среди всех родственников, наша мама теперь самая старшая в семье, поэтому все мы, ее дети, уже со своими семьями собираемся у нее на праздники и поем. И мужчины, и женщины – такое пение объединяет.
— Поэтому и выбрали работу с хором?
— После учебы в музыкальной школе я пошла по стопам сестры и тоже поступила в музыкальное училище имени Шебалина, одно из самых сильных средних учебных заведений страны. Сначала я поступила на отделение «Теории музыки», самое сложное, на мой взгляд. Там воспитываются музыковеды. Училась на одни пятерки… Но стремление к вокальному творчеству привело к тому, что в конце второго курса мне стало скучно и я перевелась на отделение хорового дирижирования, где было много певческой практики. Потом я стала участницей замечательного хорового коллектива «Музыка для всех», где пропела пятнадцать лет. Мы много ездили по стране и за рубежом, участвовали в престижных конкурсах, а в последние годы участия в коллективе я выполняла обязанности хормейстера.
— Вы еще в Сибирском культурном центре работали?
— Когда я была студенткой третьего курса, я начала руководить детским вокальным коллективом, закончила «шебалинку» с отличием, поступила в Екатеринбургскую консерваторию на отделение хорового дирижирования к самому лучшему, на мой взгляд, преподавателю, профессору Тамаре Сергеевне Матвеевой. Все ее выпускники стали очень значимыми фигурами в России и за рубежом. Одновременно с обучением в консерватории я начала преподавать в училище имени Шебалина и стала работать в Сибирский культурный центр, где занималась изучением народной традиционной музыки Омской области, заведовала архивом, ездила в фольклорно-этнографические экспедиции…
— Как заинтересовались народным искусством?
— Одной из сторон моей певческой деятельности было пение в очень интересном этнографическом коллективе «Берегиня», которым руководила моя сестра. Тогда я одновременно исполняла песни академического и джазового стиля в «Музыке для всех» и народные – в «Берегине», причем эти два разных направления никак не влияли друг на друга. На мой взгляд, этот опыт позволил мне овладеть широким спектром воспроизведения, ведь когда руководишь коллективом, очень важно суметь правильно показать.
— Получается, ваша сестра привела вас не только к музыке, но и к народной музыке в частности?
— У каждого человека, который нашел свою нишу, должен быть кто-то, кто подвел его к этому, показал нужность какого-то дела… Я очень рада, что этим человеком в моей жизни стала моя сестра, Виктория.
— Расскажите, как вы собирали материал для выступлений?
— Прием сбора материала экспедиционным методом – совершенно не новый. К сожалению, для моего поколения он уже практически закончился, потому что ушли из жизни последние хранители народных песен.
— То есть новый материал сейчас уже не появляется?
— Практически да. Мне всегда хотелось еще больше, еще шире охватить сферу народной музыки, помимо всего я закончила аспирантуру Российской академии наук, отделения этнографии. И те экспедиционные исследования, которые я проводила в ходе обучения в аспирантуре и работы в Сибирском культурном центре, были уникальными. К тому времени – к 2005 году – все начало стремительно исчезать. Сейчас я избегаю экспедиционных выездов, потому что все на глазах распадается! В районе Омской области уже невозможно услышать традиционную песню, но, слава Богу, мне повезло записать очень много песен, которые пополнили наш архив. Наверное, я захватила самый пик угасающей традиции.
— Что давали вам такие экспедиции?
— Это общение с замечательными людьми, которые, чувствуя искренний интерес к народным песням и танцам, раскрываются… Бывало, мы ездили до десяти раз в одно и то же место, и каждый раз привозили очень большие сборы. В моей нынешней работе это очень помогает.
— А где, например, особенно много нашли интересных песен?
— Омская область – территория переселенческая, здесь три группы восточных славян – русские, украинцы и белорусы. Лучше всех свои традиции сохранили украинские переселенцы. Наверное, это связано с менталитетом: они очень активны, объединяются между собой… Совсем трудно найти русские многоголосные песенные традиции, потому что русское население располагалось широко по всей территории и не было стимула ревностно сохранять свою культуру.
— Чем сибирские песни отличаются от песен других регионов России?
— Жанровый состав, в первую очередь. Если говорить о сибирских старожилах, то у них много лирических протяжных песен, хороводов, романсов с большим количеством распевов. Очень сложная фактура, метроритмическая структура и прочее, что для современного уха является экзотическим. Хорошо, что сейчас есть коллективы с молодыми артистами, настоящими костюмами, с помощью которых люди могут узнать о народных песнях, ведь иначе они могли бы пылиться годами в архивах. Я вообще всегда говорю, что человек, который исполняет народную музыку и народный танец, может исполнить все, что угодно. Это на самом деле так.
— Чем лично для вас стало назначение на должность художественного руководителя Омского русского народного хора?
— Это не было чем-то грандиозным, потому что до этого я была главным хормейстером коллектива, занималась и с оркестровой группой, и с балетными артистами, поэтому такое назначение было естественным для меня.
— Насколько велик интерес со стороны молодежи к хору – как в качестве зрителей, так и в качестве исполнителей?
— Об интересе к хору со стороны молодых исполнителей можно судить хотя бы по количеству людей, которые приходят на прослушивание к нам. А звонки и назначение встреч для прослушиваний происходят практически каждый день. Это говорит о том, что люди знают о творчестве и статусе коллектива, и хотят попасть в его ряды. За последние годы только в хоровую группу Омского хора было принято 24 артиста.
— Хор – это огромный коллектив, настоящий организм, которым довольно сложно управлять. Какой вы руководитель?
— Мне говорят, что я строгий руководитель, и я согласна. В этом я пошла в маму, которая всегда была довольно строгая и волевая. Еще одна причина, наверное, в том, что я всегда вела активную деятельность, мне с детства хотелось делать все сразу – заниматься спортом и вышивать, расписывать глиняные горшки, я многим занималась помимо музыкальной школы и по сей день интересуюсь многим. Так что характер должен быть стержневой. Но нет такого, чтобы мы с артистами находились на большой дистанции. Можем посмеяться, по душам поговорить, но во время работы она должна быть на первом месте.
— Если говорить о зрителях – ходит на концерты Омского хора молодежь?
— Как только в хоре начали работать молодые артисты, сразу стало заметно изменение публики. Элементарно – артисты приглашают своих друзей, знакомых, родственников. Когда на сцене молодые, то молодежи тоже интересно посмотреть, что это такое. Надо же, вокруг новые технологии, современная электронная музыка, а друг – артист народного хора! На самом деле, это профессия экзотическая. Но достаточно попасть на концерт народного хора, чтобы понять сложность и прелесть этой работы. Недаром такой большой интерес к детской хоровой студии, которую мы сейчас набираем и которая начнет с сентября работу.
— Много детей приводят?
— Да, родители приводят своих детей, также как и я привела свою дочь в эту студию. Это говорит о том, что коллектив в Омске и Омской области известен, мы всегда собираем полные залы и стараемся нашу публику радовать новыми программами.
— Каких детей вы набираете в вашу студию?
— Все не так просто для детей, которых мы набираем в студию, ведь они одновременно должны обучаться в музыкальной школе, получать профессиональное образование, а это сама по себе большая нагрузка. Но я знаю, что многие дети, обучаясь в обычной школе, музыкальной, одновременно ходят в бассейн, еще куда-нибудь, так что при желании можно совмещать все и с хоровой студии. Мы в ней будем воспитывать себе такой подшерсток, чтобы дети после обучения в студии со временем могли стать артистами хора. Должны быть молодые артисты, которые смогут перенять нашу манеру пения, чтобы не пришлось их переучивать.
— Как вы относитесь к проектам, которые делают народную музыку популярной, модной? «Иван Купала», например.
— Мне они очень нравятся, я считаю, что любыми средствами нужно продвигать народную музыку в современном культурном пространстве. Другое дело, что этот опыт должен быть по отношению к ней гуманным. Народную музыку нужно использовать не как сырье, нужно показывать ее красоту и богатство. Это удается многим современным музыкантам, например, Сергею Старостину.
— Омский хор постепенно в Интернет выходит? Я даже ВКонтакте видела посвященную ему группу!
— У нас исключительно активные артисты пошли, мы только сделали фотосессию в студии Сергея Горбунова, и уже на второй день Интернет был заполонен фотографиями наших прекрасных молодых артистов в новых костюмах, которыми все очень гордятся. И это чудесно!
— У хора три аудитории – омский зритель, российский и зарубежный. Чем отличаются программы для них?
— Когда мы работаем у себя в городе, мы знаем, что есть постоянная публика, которую мы можем «загрузить» серьезной, сложной музыкой. Даже исполнение песен без сопровождения, акапельных произведений – собственно, для чего и нужен хор – комфортнее всего дома. На омских выступлениях процент таких исполнений больше, тем более, Концертный зал теперь позволяет это делать. Когда мы выезжаем за границу, мы представляем всю страну, поэтому кроме региональных песен включаем и общероссийские. А когда работаем на аудиторию других российских городов, стараемся показать сибирский колорит.
— Я знаю, что вы недавно были в Нидерландах, в Италии. Как иностранцы реагируют на русскую народную музыку?
— У нас была длительная поездка, полтора месяца. Восприятие очень внимательное, со строгой оценкой, но в итоге восторженное. «Калинки-малинки» им уже не интересны.
— Наслушались!
— Да, их интересует сложные музыкальные фактуры, сочетание различных составов, достоверность костюма. Во всем мире сейчас поднялась этническая волна и в одежде, и в аксессуарах, и в музыке. Конечно, к нам отношение как к экзотике, но хоровое многоголосие, мастерство балетной группы, оригинальные музыкальные инструменты – это поражает зарубежных зрителей! Следующие наши гастроли – в Испании, концерты каждый день, бывает, не по одному. Петь каждый день одно и то же невозможно, поэтому везем сразу несколько программ и костюмных коллекций.
— Напоследок еще один вопрос лично о вас. Вы говорили, что многим увлекаетесь. Находится у вас сейчас время на хобби, на какие?
— Машины. Я автолюбитель закоренелый, очень люблю автомобили.
— Разобрать сможете?
— Нет, этого не смогу, но вот ухаживать за автомобилем очень люблю, ездить на нем, путешествовать. Никогда раньше не думала, что буду на это способна. Думаю, это от папы пошло – он тоже автолюбитель. Еще одно хобби – более женское, я очень люблю шить. Раньше на это было больше времени, я несколько раз участвовала в конкурсе мастеров народного костюма «Этностиль», года три брала главную премию. Но сейчас в силу огромной занятости не занимаюсь этим… Даже совмещать работу в училище имени Шебалина и должность художественного руководителя хора само по себе сложно! А часть моего времени остается семье, стараюсь находить его как можно больше!
Анна Атягина
Также беседовали за чаем
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
|
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
|
|
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
Просмотров: 35323
ОтдохниОмск.ру в Твиттере
Краткость — признак отличных выходных!
